Академик Ф.И.Щербатской

Cтатьи, Общество 988 Павел Косович, из книги «Опустевший Олимп»

В Советском Союзе авторитет академика Щербатского был настолько высоким, что даже в период сталинских гонений на востоковедение опала обошла ученого стороной. Путешественник, признанный востоковед, друг Далай-ламы и Чичерина, собеседник лорда Керзона, полиглот и «последний русский помещик». Последний свой приют знаменитый ученый нашел на кладбище в поселке Боровое.

Федор Ипполитович Щербатской родился 11 сентября (по новому стилю) 1866 года в городе Кельцы Царства Польского в составе Российской империи (сейчас это город Кельце в Польше в 170 км от Варшавы). В этом городев то время служил председателем Келецкой комиссии по крестьянским делам его отец, Ипполит Федорович. Он и дал сыну прекрасное образование, и тот с детства в совершенстве владел тремя западноевропейскими языками (английским, французским и немецким).

О пути Ф.И.Щербатского в науку и его деятельности рассказали в своих книгах, статьях и публикациях его друзья и сподвижники, такие как ученик В.И.Кальянов, исследователи В.К.Шохин и В.Береснев.


Труды Ф.И.Щербатского из собрания Института восточных рукописей РАН

Среднее образование молодой Щербатской получил в Царскосельской гимназии (ныне город Пушкин Ленинградской области), которую закончил в 1884 году. В том же году он поступил на историко-филологический факультет Санкт-Петербургского университета, где изучал санскрит и общее языкознание у лучших отечественных индологов И.П.Минаева и С.Ф.Ольденбурга, германские языки у Ф.А.Брауна(готский, древнесеверный, англосаксонский и древневерхненемецкий), славянские у И.В.Ягича (церковнославянскийи сербскохорватский), а также философию, классическую филологию, всеобщую историю, историю и теорию искусств.

На выбор своего пути в науке во многом повлияла встреча студента с выдающимся ученым И.П.Минаевым, который в те годы читал в университете лекции по языкознанию и санскриту, под обаянием которого как учителя и ученого Щербатской находился всю жизнь. Сам И.П.Минаев был учеником основоположника русской школы буддологов В.П.Васильева.

Как говорилось выше, Ф.И.Щербатской занимался также и у ученика И.П.Минаева С.Ф.Ольденбурга, с которым поддерживал тесный контакт на протяжении всей жизни. Природные способности, усидчивость и трудолюбие, наличие выдающихся руководителей – благодаря такому сочетанию Федор Ипполитович за короткое время освоил трудности санскрита и приступил к самостоятельной работе. Санскрит поразил Ф.И.Щербатского богатством форм и сильно увлек.

На последнем курсе он начинает заниматься индийскими рукописями, но свою «выпускную» кандидатскую диссертацию посвящает общей индоевропеистике – «О двух рядах гортанных в индоевропейских языках» (1889). После этого он был оставлен при университете для подготовки к профессуре по индологии.

В том же году молодой ученый при содействии и помощи С.Ф.Ольденбурга был командирован в Вену и в Бонн для дальнейшего совершенствования своих знаний. В письме из Бонна в январе 1900 года Федор Ипполитович писал Ольденбургу: «Благодарю Вас за хлопоты о моей судьбе, которые Вы самоотверженно и добровольно на себя возложили».


Дом Щербатских в усадьбе Лютка

В Вене молодой ученый слушал лекции по санскриту и индологии, которые читал Георг Бюлер, известный специалист в области индийской поэтики и крупнейший исследователь индийской культуры. Кроме теории поэзии Ф.И.Щербатской изучал под руководством Г.Бюлера грамматику Панини, «Дхармашастру», некоторые философские тексты, а также индийскую эпиграфику. Одновременно он слушал у проф. Ф.Мюллера лекции по общему языкознанию и истолкованию ведических гимнов.

В 1893 году Федор Ипполитович вернулся на родину, блестяще зная санскрит и глубоко понимая индийскую поэтическую шастру. Однако общественная деятельность (от земского гласного до уездного предводителя дворянства) на несколько лет почти полностью оторвала его от научной работы. Только спустя шесть лет, после поездки на XII Международный конгресс ориенталистов в Риме, Ф.И.Щербатской снова и уже навсегда возвращается к индологии. Этот конгресс, состоявшийся в октябре 1899 года, явился важной вехой в истории мировой индологии. На нем были сделаны сообщения об открытии уникальных памятников буддийской культуры в оазисах Тарима, среди которых были замечательные произведения искусства и фрагменты буддийских рукописей на санскритском и тибетском языках, усилившие интерес научного мира к памятникам северного буддизма.

После Римского конгресса Ф.И.Щербатской направляется в Бонн для занятий буддийской философией с профессором Якоби.

В 1900 году ученый вернулся в Санкт-Петербург. Федор Ипполитович начал преподавание санскрита, пали и тибетского как приват-доцент на кафедре санскритской словесности факультета восточных языков, сменив на этом посту С.Ф.Ольденбурга. За время своей последующей сорокалетней преподавательской деятельности он создал целую школу буддологов и востоковедов широкого профиля.

Федор Ипполитович прививал студентам навыки самостоятельной работы, понимания смысла текстов и приучал их к логическому мышлению и философскому подходу к предмету. Он всегда придерживался того взгляда, что понимание текста можно обнаружить не столько его исследованием, сколько переводом, при котором выяснялось, каким именно понятиям родного языка отвечают чужие понятия.


Щербатской в Индии

Первой работой по буддийской философии, принесшей Ф.И.Щербатскому европейскую известность, был перевод с санскрита, систематическое изложение и анализ логики знаменитого буддийского философа Дхармакирти (VII в. н.э.). Этот труд под названием «Теория познания и логика по учению позднейших буддистов» вышел на русском языке в двух частях в 1903-1909 гг. Эта монография намного опередила свое время. В переработанном виде этот труд Ф.И.Щербатского лег в основу его капитальной работы «Buddhist Logic», составившей эпоху в мировой буддологии.

В 1903 г. Ф.И.Щербатской был избран в личный состав вновь созданного Русского комитета для изучения Средней и Восточной Азии, возглавляемого академиками В.В.Радловым и С.Ф.Ольденбургом. Здесь он руководил работой своего ученика Базара Барадийна, готовясь с ним к экспедиции в Тибет, организуемой Русским комитетом. С целью изучения живой буддийской традиции и ее живого языка он совершил в 1905 году поездку в Монголию (много общавшись с тогдашним далай-ламой, вынужденно находившимся в Угре), а в 1907 году – в Бурятию.Эта поездка дала возможность ученому впервые воочию соприкоснуться с буддийским миром, получить богатую практику разговорного тибетского языка, а также познакомиться и с живым монгольским языком. Сведения, полученные им во время пребывания в Урге, подтвердили предположения о том, что в монастырях Тибета хранится много санскритских рукописей.

Углубленное изучение буддийской философии побудило Ф.И.Щербатского посетить родину буддизма. В 1910-1911 годах он совершает поездку в Индию, командированный туда Русским комитетом. Пребывание Ф.И.Щербатского в Бомбее было плодотворным. Ему удалось достать каталог уникальной библиотеки крупнейшего джайнского ученого Хемачандры, чего не смог сделать Г.Бюлер, проживший в Бомбее 17 лет.

Во время своего пребывания в Бомбейской провинции Ф.И.Щербатской подробно ознакомился со всеми основными сочинениями по философии ньяя и перевел многие из них на английский язык, пользуясь бесценными указаниями местных пандитов. Из Бомбея он направился в Пуну, где в библиотеке Деканского колледжа сфотографировал две рукописи XIII в. известного философа Удаяны. Свое пребывание в Бенаресе Ф.И.Щербатской посвятил главным образом изучению сочинений системы миманса. Здесь петербургский востоковед, пользуясь своим знанием языка, свободно участвовал в традиционных диспутах и даже снискал искреннее уважение индийцев. «Меня спрашивали: «Все ли у вас в России говорят по-санскритски?» — впоследствии рассказывал он своим ученикам со смехом.

В начале октября 1910 г. он побывал в Гималаях и посетил Дарджилинг, где в то время находился XIII далай-лама. Далай-лама пригласил Ф.И.Щербатского посетить Тибет и сфотографировать ряд уникальных санскритских рукописей, сохранившихся еще в нескольких известных монастырях у Лхасы и озера Маносаровар. Однако китайское правительство не дало разрешения на въезд в Тибет русскому ученому.

Трудно переоценить значение поездки Ф.И.Щербатского в Индию. Она дала ему возможность соприкоснуться с живой устной традицией, без знания которой невозможна серьезная исследовательская работа над переводами и комментариями рукописей философских и религиозных трактатов.

Возвратившись в Россию, Ф.И.Щербатской начинает работать над исследованием знаменитого труда «второго Будды» Васубандху «Абхидхармакоша». Поводом к этому была встреча Ф.И.Щербатского в Калькутте с Д.Россом, занятым в то время дешифровкой фрагментов уйгурского манускрипта этого сочинения, а также вскоре последовавшее известие о том, что А.Стейном найдена в Восточном Туркестане вся версия «Абхидхармакоши» на уйгурском языке, попавшая затем в Париж к С.Леви. В декабре 1912 года в Париже Ф.И.Щербатской встретился с С.Леви, и с согласия Валле-Пуссэна (Бельгия), Д.Росса (Англия) и У.Вогихары (Япония) был составлен план издания и перевода «Абхидхармакоши», куда входили тибетская, санскритская, уйгурская и китайская версии этого сочинения с соответствующими комментариями.

В 1914 году Ф.И.Щербатской вместе с С.Ф.Ольденбургом задумал предпринять издание серии «Памятники индийской философии» в переводах с санскритского и других восточных языков на русский и европейский языки, что было одобрено постановлением Российской Академии наук. Но этим планам помешала осуществиться Первая мировая война.

Свои основные труды, принесшие ему всемирную известность, Ф.И.Щербатской создает после Октябрьской революции. К тому времени С.Ф.Ольденбург возобновляет знакомство с В.И.Лениным, с которым встретился впервые, когда будущий вождь был еще студентом и сдавал экзамены экстерном на юридическом факультете Санкт-Петербургского университета. Теперь их связывают новые отношения: глава Совнаркома добивается через ученого реорганизации Академии наук в стандартное государственное учреждение (без приставки «Императорская»). Ольденбург соглашается, и в 1918 году в Академии происходят выборы, на которых Федор Щербатской первым из российских ученых того времени получает звание академика.

В 1923 году была опубликована замечательная работа Ф.И.Щербатского «Центральная концепция буддизма и значение термина дхарма» («The Central Conception of Buddhism and the Meaning of the Word Dharma»), следом за ней «Концепция буддийской нирваны» («The Conception of Buddhist Nirvana»), которая, судя по отзывам коллег-востоковедов, произвела настоящий переворот в представлениях о сущности махаянической доктрины. Не будет преувеличением сказать, что и в настоящее время эта работа является фундаментом буддологических исследований в этой области.


Щербатской. 1920-е годы

Ввиду особых заслуг академика перед наукой и советским государством ему оставили прежнюю усадьбу. Причем не только из-за научных достижений, но и как умелому дипломату, в начале века не без успеха принимавшего участие в «Большой игре» с Британской империей. В память об этом в начале 1920-х годов академика откомандировали в Лондон для переговоров с министром иностранных дел королевства лордом Джорджем Керзоном. Вместе с ним отправился Л.Б.Красин, известный большевистский политик. Вдвоем они настолько обаяли лорда, что тот согласился снять блокаду с большевистской России и покончить с холодной войной между двумя странами. Таким образом, СССР, образованный в 1922 году, впервые мог выбраться из международной изоляции.

Занимаясь переводами и исследованиями буддийских текстов, Ф.И.Щербатской не порывал полностью и с экспедиционной работой. Так, в 1924 г. он вторично побывал в Забайкалье, командированный туда Академией наук СССР для поисков новых буддийских рукописей из старых дацанов и для налаживания научных контактов с местными учеными – ламами. В 1927 году Ф.И.Щербатской вел подготовительную работу для издания «Энциклопедии буддизма», а с 1928 года возглавил организованный при АН СССР Институт буддийской культуры (ИНБУК). В 1930 году востоковедные учреждения АН СССР были реорганизованы. Азиатский музей, Институт буддийской культуры и Туркологический кабинет были объединены в единый Институт востоковедения АН СССР. Ф.И.Щербатской возглавил индо-тибетский кабинет нового института.

Итогом деятельности Ф.И.Щербатского на поприще буддийской философии можно считать 2-томную монографию «BuddhistLogic». Последним из опубликованных трудов Ф.И.Щербатского был перевод с санскрита пяти глав трактата «Мадхьянта-вибханга», одного из основополагающих философских сочинений школы йогачаров, посвященного проблеме абсолюта.

Ф.И.Щербатской вместе с С.Ф.Ольденбургом стоял во главе всемирно известного издания «Bibliotheca Buddhiса», возникшего по инициативе русских ученых в конце XIX века и ставившего своей целью систематические публикации памятников буддийской литературы на санскритском и других восточных языках, дабы сделать их доступными для широких кругов востоковедов всего мира. При жизни Ф.И.Щербатского вышло 30 различных выпусков этой серии, в том числе 11 выпусков при его участии.

В 1937 году собственная школа Щербатского подвергается разгрому и репрессиям, а сам он становится (несмотря на вышеотмеченные заслуги перед Советской властью) мишенью идеологической кампании по борьбе с идеализмом в востоковедении. Многие из учеников Ф.И.Щербатского были расстреляны или сосланы. Самого ученого на специальном заседании президиума АН СССР обвинили в «откровенной пропаганде идеалистической философии», заодно назвав академика и его учеников «пособниками японского и английского империализма». Тем не менее, Федора Ипполитовича не тронули, лишь ограничив его возможности заниматься наукой.

Потрясение, пережитое ученым, привело к инсульту, который временно уложил его в постель. Но Федор Ипполитович все-таки смог встать на ноги и постепенно снова начал работать, тем более, что в штате Института востоковедения он продолжал числиться. 12 июня 1941 года он в последний раз вышел на работу. Вскоре началась Великая Отечественная война, немцы уже к сентябрю подошли к Ленинграду. Имя Щербатского, который был в это время в санатории «Узкое» под Москвой, внесли в список предназначенных к эвакуации советских академиков.

В Боровом

О пребывании ученого в академическом пансионате имеется очень мало сведений. Жил он в главном корпусе санатория, в котором находилось большинство эвакуированных. Федор Ипполитович поддерживал общение со многими обитателями пансионата, особенно со своим старинным другом Владимиром Ивановичем Вернадским. Смерть Федора Ипполитовича тот переживал очень тяжело. Верная мужская дружба связывала Щербатского с А.А.Фрейманом, на руках которого ученый и умер 18 марта 1942 года.


Плита на могиле

Похоронили Ф.И.Щербатского на Боровском кладбище. Весь коллектив провожал ученого в последний путь, отдавая ему долг уважения. Могилу академика отметили гранитной плитой, на которой были слова: «Он объяснил своей стране ум древних мыслителей Индии».

Сегодня эта плита лежит рядом с могилой. На могиле установлена новая вертикальная плита, на котором фамилия ученого выбита с ошибкой (Вместо «Щербатской» стоит «Щербатский»).

К столетнему юбилею Щербатского в Индии вышла его биография, а затем два выпуска английских переводов его русскоязычных работ. Русский ученый как учитель – гуру, открывший самим индийцам буддийскую философию, почитается в Индии и до сих пор. Юбилею Щербатского был посвящен и один из первых номеров наиболее солидного международного периодического издания по индийской философии (Journal of Indian Philosophy, Dordrecht, 1971. Vol. 1. n. 3).

Читайте эту статью на нашем ЯндексДзене!