Пациенты умирают, когда врачи бездействуют

Cтатьи, Главный материал, Общество 1 580

Раньше, как было в медицине? Если человек заболел, то его положили в больницу, там же обследовали, там же и вылечили.

Теперь же обследование проводят в поликлиниках. Больной человек (особенно лежачий инвалид) разве в состоянии пройти несколько врачей, несколько процедур, отстояв в огромных очередях сначала за талоном, а потом к врачам? В больницу попадают только по порталу или по Скорой помощи. И что входит в перечень медицинских услуг Скорой помощи, лично мне так до конца и неясно.

Моя мама (лежачий инвалид и к тому же после операции по удалению межпозвоночной грыжи), 1950 года рождения, вечером 31 мая почувствовала себя очень плохо, у нее не было сил ни дышать, ни разговаривать, она жаловалась на сильные внутренние боли. Сказала, что умирает. Поскольку я уже два года ухаживаю за мамой, и прежде такого не случалось, то такой её вид (лоб холодный, а сама вся вспотевшая и очень бледная) меня очень испугал. Обычно она чувствовала себя бодро и весело. Я измерила ей давление, оно составляло 170/80, пульс 107. Дала ей выпить таблетку снижающую давление, которую выписал врач, и стала вызывать Скорую. Время было 22.30, с первого раза дозвониться мне не удалось. Спустя некоторое время, мне, наконец-то, ответила девушка, которая разговаривала со мной с явным нежеланием выполнять свою работу. Она начала медленно и неохотно узнавать и записывать данные мамы. Я попросила, чтобы она быстрее отправила Скорую, так как мама говорила, что умирает. На что она язвительно ответила, мол мало ли что она говорит. И добавила, что сначала она должна понять, надо ли вообще отправлять нам Скорую или нет. После этого девушка принялась уточнять диагноз. Я ответила, что диагноз ещё ни один врач маме не поставил, у неё высокое давление и пульс 107, жалобы на сердце, одышку. В общем, подводя итог, могу сказать, что девушка разговаривала грубо, кричала и только после моего замечания в её адрес сказала, что отправит Скорую.

Машина Скорой помощи приехала быстро, маме сделали укол (кетонал, мильгамму), помогли погрузить её в машину и увезли в районную больницу города Шучинска. В больнице маме сняли ЭКГ сердца, терапевт написал, что инсульта, инфаркта нет, написал назначение и отправил домой. Хирург пальпировал живот, написал, что оперативного вмешательства не требуется. На мою просьбу оставить маму в больнице и понаблюдать за ее состоянием, врачи мне ответили, что наш случай не экстренный. В итоге мы просто уехали домой.

На следующий день я утром вызвала участкового терапевта, так как маме по-прежнему было плохо (давление падало до 160/80, пульс до 95). Участковый терапевт прибыла в 17.20, маме грудную клетку не прослушала, горло не посмотрела, хотя мама уже к тому времени не могла говорить. Терапевт лишь замерила давление и выписала индапамид, который маме уже не помогал. Так же сказала, что это не её случай, а невропатолога. То есть все врачи от помощи маме, по сути, отказались.

После ухода терапевта я давала маме лекарства, назначенные ею.7 июня в 4 утра маме стало значительно хуже. Снова вызвали Скорую, которая приехала быстро, маме сделали укол (кетонал) и отвезли в больницу. Там снова сняли ЭКГ сердца, снизили давление, сделали анализы крови (по результатам анализов лейкоциты превышали норму), но в итоге нас снова отправили домой. Опять сказали, что случай не экстренный. Я во второй раз просила оставить маму в больнице, объяснила, что дома с ее недугом самостоятельно не справлюсь, ведь очевидно, что ей очень плохо. Сказала, что боюсь, что она умрёт, но сердце дежурившего в тот день терапевта было каменным, он не отреагировал на мои просьбы, а лишь готовился закончить свое дежурство. Мой муж прошел в отделение, умолял на коленях терапевта, просил положить маму в больницу, понаблюдать, но доктор посоветовал обследовать маму в поликлинике.

Тем временем медсёстры стали готовиться к сдаче дежурства, мыть полы, и маму увезли на каталке в комнату напротив. Там было холодно, я попросила одеяло для мамы, но медсестра сказала, что это приёмная, а не отделение. Я принесла бушлат из нашей машины и хотела войти в комнату, чтобы накрыть маму. Едва я открыла дверь, как меня окликнул хирург, принявший дежурство. Он сказал, что в комнате никого нет, и спросил, зачем я туда иду. Вышло так, что он принял дежурство и даже не знал, что в комнате в это время лежит больной человек. В 9.30 мы с мужем поднялись в отделение терапии к заведующему с просьбой положить маму на лечение, но он нам отказал, как и остальные. Свой отказ он обосновал тем, что в данной ситуации он действует согласно инструкциям, никакие законы не нарушает и в конце концов направил нас к участковому терапевту. Я сказала, что боюсь, что мама может не дожить до встречи с участковым терапевтом, ведь ее состояние никак не улучшается, но мои слова были проигнорированы. Как я поняла, для заведующего отделением было важнее соблюдать некие инструкции и ставить в их пунктах галочки, нежели принять самостоятельное решение и провести более детальное обследование пациента.

Так и не добившись никакого результата в больнице, мы вернулись домой. Уже из дома попытались связаться с участковым терапевтом, но нам ответили, что в этот день она не работает. Вскоре состояние мамы внезапно ухудшилось. Я снова вызвала Скорую помощь и дежурного терапевта. На этот раз Скорая ехала значительно дольше (более получаса). Когда же она наконец приехала, маме стало уже совсем плохо. Врачи Скорой пытались как-то ей помочь, и, когда поняли, что вот теперь это уже точно экстренный случай, и сами они справиться не смогут, увезли ее в больницу. В итоге, ее до больницы не довезли, и в 11 часов Скорая привезла маму уже в морг. О том, где она находится, мне сообщил дежурный врач в приёмной больницы. Говоря об этом, он проявлял крайнее недовольство, ведь я ему помешала в рабочее время играть в нарды (или шашки, разбираться в виде игры не стала). А ведь еще 31 мая он лично её осматривал и сказал, что хирургического ничего нет. Вскрытие показало, что у мамы была опухоль надпочечников и умерла она от атеросклероза сосудов сердца. Ничего экстренного, просто мама умерла. Ни один врач не подсказал, какие сдавать анализы, диагноз так и не поставили, лечили ей все это время ноги.

Я хочу лишь, чтобы эти люди, эти медицинские работники (врачами их назвать язык не поворачивается) больше не помогали другим людям умирать, как помогли моей маме. Я хочу, чтобы впредь они использовали Божий дар врачевания с огромной ответственностью, имели чуткость и внимание к своим пациентам. Пусть они учатся у врачей и медперсонала в областной больнице г. Кокшетау. Огромное СПАСИБО нейрохирургами медперсоналу областной больницы г.Кокшетау за их профессионализм, любовь, чуткость, внимание, понимание, терпение. Они от Бога и используют Божий дар во благо людей, а не тратят его в пустую, просиживая штаны от дежурства до дежурства. Снова и снова прокручивая в голове всю эту историю, я задаюсь вопросом, от чего так произошло? Из-за недостаточной квалификации врачей или же из-за их банального бездействия? Не могу дать определенного ответа на этот вопрос, но очень хочу, чтобы случаев, похожих на мой было, как можно меньше. Надеюсь, что моя история, поможет и врачам, и их пациентам извлечь ценные уроки. И, наверное, тогда доктора перестанут бездействовать, а их пациенты умирать.

Дочь Светлана





Добавить комментарий